Ручной праксис в коррекции речевых нарушений у дошкольниковконсультация (подготовительная группа) на тему


Понятие праксиса и его неречевые виды

Гностические функции, в свою очередь, служат базисными для овладения связанными с ними действиями, т.е. различными видами праксиса.

Термин праксис обозначает практическое (пред­метное) действие. Таких действий человек осваивает великое множество: от самых простых (еда, одевание и пр.) до сложней­ших, представленных, например, профессиональными навыками и прочим.

Учение о праксисе и его нарушениях — апраксии — было со­здано немецким неврологом К. Липманном, который развил и уточнил положения, выдвинутые еще неврологом К Вернике, впервые описавшим моторную афазию и введшим ее в науку.

К. Липманн подчеркивал, что праксис — это система не толь­ко предметных, но и произвольных действий. Нарушение способ­ности воспроизводить эти действия носит название апраксии Принципиально важно, что больные с апраксией теряют способ­ность выполнять движения и действия именно произвольно.

Не­произвольно эти же действия могут быть ими легко выполнены Подробнее об этом будет сказано в разделе «Апраксии».

К. Липманн обратил внимание и на то, что для выполнения какого-либо двигательного акта необходимо совершить серию отдельных движений, соответствующих его общему замыслу. Та­кой замысел К. Липманн назвал «идеаторным эскизом (набро­ском)».

По существу, он представляет собой план действия, ко­торый разворачивается в отдельные двигательные акты («кине­тические мелодии»). Чтобы действие совершилось, необходима также передача представлений о нем в исполнительный (мотор­ный) центр.

Таким образом, в структуру праксиса как высшей психиче­ской функции входит три звена: идеаторное, передаточное и ис­полнительное.

А.Р. Лурия, основываясь на учении К Липманна о праксисе и апраксии, существенным образом развил его. Он разделил все праксические действия на кинестетические (чувствительные) и кинетические (двигательные), постулируя таким образом нали­чие двух видов праксиса — кинестетического и кинетического.

Кинестетический праксис А.Р. Лурия обозначил как афферент­ный, а кинетический — как эфферентный Это уточнило понима­ние праксиса — как одной из высших психических функций, и апраксии — как его патологии.

Добавим к этому, что термин афферентный означает «центро­стремительный», подразумевающий направление нервных им­пульсов от периферии к центру», а термин эфферентный означа­ет «центробежный», подразумевающий направление нервных им­пульсов от центра к периферии».

Таким образом, один вид праксиса — кинетический по спо­собу приобретения и использования — кинестетический и аффе­рентный по направленности нервных импульсов. Второй вид праксиса по способу приобретения и использования и эффе­рентный по направленности нервных импульсов.

Для того чтобы пояснить сказанное, обратимся к тому, что посредником между человеком и его произвольными действия­ми является предмет, понимаемый как объект действительности в самом широком смысле слова.

Вначале это был предмет, пред­оставляемый природой (камень, ветка дерева, плоды, шкуры убитых животных и т.д.), а затем появился предмет, являющийся продуктом деятельности самого человека, т.е. рукотворный. И те и другие предметы сыграли решающую роль в формировании праксических действий людей.

Для тог, чтобы сорвать плод с дерева, нужно принять соответствующую позу, поднять руку вверх и сделать движение отрыва плода от ветки; для того чтобы пой­мать мяч, нужно протянуть обе руки вперед и сделать захватывающее движение; для того, чтобы взять иголку, нужно соеди­нить два пальца — большой и указательный — на одной руке.

Все эти действия отличны друг от друга и могут выполняться только в соответствии с конфигурацией предмета и, что особенно важ­но, впоследствии и в отсутствии предмета, т.е. на основе имита­ции действия с реальным предметом.

Так, мы можем не срывать плод с дерева, а показать, как это делается, не ловить реальный мяч, а показать, как ловят воображаемый мяч.

Совокупность рукотворных предметов составила значитель­ную часть созданной человеком цивилизации. В современном мире роль предмета не столь доминантна, как ранее, однако ос­тается еще очень важной, особенно в детском возрасте.

Совре­менный ребенок с его ранней готовностью к сложным видам отвлеченной деятельности не обходится тем не менее без предмета, без оперирования им. Взрослый человек также пользуется предметом повсеместно и ежеминутно, однако многие секреты предметной деятельности им утеряны.

Достаточно вспомнить колоссов острова Майя, пирамиды Хеопса, которые сделаны ру­ками человека, но как именно, теперь нам не понятно. Секрет сотворения этих «чудес» утерян. Но даже если бы человек и ос­тавался таким же искусным в ручной деятельности, вряд ли он стал делать подобные предметы.

Они перестали быть столь необ­ходимыми, как ранее (и в эстетическом, и в практическом смыс­ле). В результате нас уже не окружают люди в костюмах, ручная отделка которых изумляет и умиляет, дома и их убранство упрос­тились до геометрических форм.

Стили помпадур, барокко, рококо — историческая данность, переставшая быть реально­стью сегодняшнего дня. Правда, сохранились еще православные храмы, готические соборы, «кружевные» мечети Востока, кото­рыми мы можем любоваться, но создавать в том первозданном виде уже не будем, да и не можем.

В «предметный» период онтогенеза ребенку, как и нашим предкам, необходимо разнообразие предметов, которыми он мо­жет оперировать. В первую очередь, это игрушки, затем — быто­вые предметы, а затем и все остальные. «Королевой» игрушек, по праву, можно считать погремушку.

Она стимулирует и зритель­ный, и слуховой гнозис, и кистевой праксис, вырабатывает на­правленность внимания и деятельности в целом.

Не менее «ве­ликими» являются куклы, кубики и пирамидки. Это незамени­мые стимулы для развивающегося гнозиса и праксиса.

Способность совершать смысловые предметные действия без предметов (по имитации) носит название символического праксиса. К нему относятся все смысловые жесты (как едят, как пьют, рубят дрова, водят машину и пр.).

Известно, что именно символические жесты составляют особый язык глухих — амслен. Вербальная способность слышащих людей оттеснила язык жес­тов на второй план, однако всем известны ситуации, когда вме­сто слов приходится использовать жесты (нельзя кого-то разбу­дить, нужно что-либо неслышно подсказать, наконец, что-либо сообщить, когда слов не слышно, например, в момент отправ­ления поезда).

Особое место занимает пальцевый праксис. Он свидетельству­ет о значительной степени дифференцированности кистевых действий. Маленький ребенок очень рано (начиная с 5—6 месяцев) проявляет любовь к игре с пальчиками.

В это же время у не­го появляется осмысленный указательный жест, делающий ре­бенка принципиально отличающимся от всех животных, даже от примата, который, если и может что-то обозначить, то рукой, а не пальцем.

Своего апогея любовь ребенка к действиям с паль­цами достигает в широко известной игре «Сорока-ворона».

Еще более сложным, чем пальцевый, является оральный прак­сис. Он формируется на основе менее предметных, а следова­тельно, более абстрактных действий. К движениям орального праксиса относится умение по заданию подуть, поцокать, по­щелкать языком, надуть щеки и прочее.

Непроизвольность праксических действий обеспечивается высокой степенью их упроченности (автоматизации). Особенно ярко это прослеживается на примере орального праксиса. Не­произвольно, т.е. в виде рефлекса, названные выше оральные движения, как правило, выполняются.

Так, больной, который не может по заданию подуть, тут же задувает горящую спичку, под­несенную к его губам.

Овладение оральным праксисом составля­ет весьма важную подготовительную фазу речевого развития. От качества и объема оральных навыков во многом зависит усвое­ние нормативного звукопроизношения.

Формирование праксиса и диспраксия у детей

Давайте перечислим детские этапы развития двигательной сферы:

  • Рефлексы новорожденного;
  • Формирование постуральных реакций, то есть удержание равновесия и постепенная вертикализация (ребенок учится держать голову, переворачиваться, садиться, ползти, стоять у опоры, начало ходьбы и бега);
  • Включение двигательных программ (ползание и ходьба – движения неосознанные, двигательный паттерн, а, вот, подойти к предмету, взять его и целенаправленно им манипулировать – называется праксис);
  • Деятельность предметно-манипулятивная (вначале неосознанная, далее все более произвольная);
  • Имитация (от инстинктов до произвольных действий);
  • Интеграция стимулов получаемых от сенсорных систем (проприоцептивная, вестибулярная и кинестетическая информация).

Итак, в основе праксиса (или произвольных движений), лежат: восприятие, а также сенсорная интеграция. С двух лет можно уже говорить о формировании первичного праксиса. По мнению профессора Т.Г. Визель (доктора психологических наук), пальцевый, мануальный праксис оценивать можно с двух с половиной лет. Праксис оральный – с трех лет. С четырех лет — артикуляторный.

Виды нарушений двигательной сферы у детей

Нарушение первичной моторной функции (это нарушение элементарного уровня организации движений, а не диспраксия);

  • Парез — снижение мышечной силы;
  • Нарушение на уровне рефлексов;
  • Нарушение тонуса (гипо-, гипер-, дистония);
  • Нарушение равновесия, координации, атаксия;
  • Гиперкинезы (атетоз, хорея, тики, тремор).

Нарушение функции сенсомоторной (речь идет уже об уровне выше, в котором необходимо совмещать несколько информационных потоков и движение, то есть имеется цепочка реакций «сенсорный вход» и «моторный выход»):

  • Сложности зрительно-моторной координации (к примеру, поймать мяч);
  • Нарушения сенсорной интеграции (к примеру, недоразвитие крупной моторики, гравитационная неуверенность);
  • Нарушение перехода средней линии тела;
  • Синкинезии (непогашенные рефлексы, ведущие к отсутствию дифференцированных, четких движений);
  • Нарушение билатеральной координации (нарушения в межполушарном взаимодействии);
  • Дизритмия.

Диспраксия. Это уже высший уровень в организации двигательной сферы. По механизму:

  • Диспраксия кинестетическая (нарушение уклада позы, к примеру, артикуляторной позы на какой-либо конкретный звук или позы пальцев руки) – говорит о том, что чаще в работу вовлечена нижняя теменная область левого полушария;
  • Кинетическая или же динамическая (выражается в нарушении двигательной мелодии, проблема наблюдается в переключении между собой элементов движения: переключение при воспроизведении звуков, слогов, переключение движений рук (к примеру, в пробе «кулак-ребро-ладонь) – чаще вовлечена левая премоторной области коры. Чарльз Ньокиктьен — голландский невролог называет указанные уровни «мелокинетическая диспраксия» и говорит, что это не в полном смысле диспраксия, а отражение более «низких» трудностей в мозговой организации.
  • Диспраксия идеомоторная – «диспраксия истинная», по-Ньокиктьену. Здесь проблема другая: «Как сделать?», а именно программа действий. Локализация – также как и в прошлом случае — премоторная область, но спереди по отношению к кинетической+теменно-затылочные области обоих полушарий (в зависимости от типа деятельности).
  • Идеаторная диспраксия – «Зачем делать?», а именно замысел действия, содержащий намерение. Задействована префронтальная кора + все требуемые уровни организации праксиса, которые описаны выше, с учетом содержания действия.

Можно также выделить диспраксии по типам деятельности: графомоторная, конструктивная, дипраксия еды, диспраксия выражения эмоций и т.п., но это уже из частных случаев.

Виды диспраксии по локализации:

  • Артикуляторная, вербальная;
  • Аксиальная/постуральная;
  • Орально-лицевая;
  • Диспраксия конечностей, пальцевая, мануальная.

Рекомендации для родителей при диспраксии у детей

Диспраксией называют нарушение формирования навыков. Тренируя определенный навык, будь то езда на велосипеде или произнесение звуков, диспраксию не устранить. Однако необходимо формировать жизненно важные навыки, а также очень важно преодолевать у ребенка психологическую установку неуспешности. Родителям необходимо многократно повторять вместе с ребенком действия, при этом ободряя его и снимать фокус внимания с самого выполняемого действия, дабы не делать акцент на том, что у него не получается. Не ругать ребенка и, конечно, не сравнивать с другими. Очень важно закладывать предпосылки для формирования праксиса, заниматься теми видами активности, которые приведут в порядок «нижние уровни» по организации моторной сферы (ствол — вестибулярные ядра – мозжечок — кора).

Примеры занятий: полусферы, ортоковрики, прыгуны, различные балансиры, батут, беговел, игры с мячом, «жмурки», «классики», «догонялки», методика занятий с кинезиологическими мячиками и мешочками, бассейн, ролики, коньки, АФК, ЛФК, логоритмика, кинезиология, барабаны, игры на подражание движениям («попробуй, повтори», «зеркало»), действия по устной инструкции (сложное действие дробим на части и проговариваем пошагово, как в игре «Робот», сложные можно в виде квеста), развитие новых способов использования вещей и игрушек.

Рейтинг
( 1 оценка, среднее 4 из 5 )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Для любых предложений по сайту: pleshakof@cp9.ru